Есть мнение?
Нападение США на Иран повышает цены на сырую нефть и предвосхищает подорожание топлива в Эквадоре, который зависит от импорта производных нефти для покрытия своего рынка. И для эквадорских бананов Ближний Восток является ключевым рынком сбыта. Нефть марки WTI, эталонная для эквадорской нефти, закрылась на уровне USD 71,54 на фоне эскалации конфликта на Ближнем Востоке. Это на 7% больше, чем до нападений США на Иран. Нефтяной рынок является ключевым фактором для такой экономики, как эквадорская, которая сильно зависит от доходов от нефти и импорта топлива.
Ормузский пролив, через который проходит около 20% мировой нефти и значительная часть природного газа, де-факто закрыт или стал небезопасным. Хотя официального объявления со стороны Ирана нет, иранское агентство Tasnim объявило, что Корпус стражей исламской революции предупредил: проход через Ормузский пролив запрещен. Судоходные и нефтяные компании избегают этого района: более 150 нефтяных танкеров остаются на якоре, маршруты удлиняются, а страхование дорожает, что снижает эффективное предложение нефти на мировом рынке. Реакция была незамедлительной: повышение международных цен даже без официального закрытия перевала.
Базовый сценарий аналитиков указывает на то, что в случае сохранения блокады или атак на энергетическую инфраструктуру цена на нефть может вырасти до USD 100 за баррель в ближайшие недели, по мнению аналитиков Barclays и международной консалтинговой компании ICIS. Риск не ограничивается Ираном, который производит более 3 млн баррелей в день, а целым регионом, в котором сосредоточена почти половина мировых запасов. ОПЕК и Россия объявили об увеличении добычи на 206 000 баррелей в день, чтобы сдержать рост, но аналитики считают, что маржа ограничена, поскольку некоторые страны добывают почти на пределе своих мощностей. США, со своей стороны, не планируют высвобождать стратегические резервы.
Эквадор увидит неоднозначные последствия для своей экономики от роста цен на нефть. С одной стороны, более дорогая нефть является положительным фактором для Эквадора, поскольку это повлечет за собой увеличение доходов от продажи нефти. Первоначально Министерство финансов придерживалось консервативного прогноза цены на нефть на 2026 год в размере USD 53,50 за баррель для финансирования государственного бюджета. И действительно, в 2026 году цены имели слабый старт, поскольку в январе они находились на уровне USD 53,11 за баррель, но теперь будут расти. Однако падение добычи нефти, которая в январе упала на 2%, ограничивает способность страны в полной мере воспользоваться сценарием высоких цен.
Но, с другой стороны, повышение цен приведет к удорожанию импортного топлива, такого как газ для бытовых нужд, бензины и дизельное топливо. Следует помнить, что Эквадор отменил субсидии на бензин экстра и экопаис и дизельное топливо за последние два года и теперь использует систему диапазонов, которая позволяет ежемесячно корректировать цены на эти производные до 5%. Кроме того, нефтеперерабатывающий завод Эсмеральдас, крупнейший в Эквадоре, не работал на полную мощность из-за серии инцидентов, начиная от внепланового технического обслуживания и заканчивая пожарами, что привело к увеличению импорта топлива, которое стоит дороже.
В этом контексте можно ожидать постепенного, но значительного роста внутренних цен на производные нефти. В США стоимость обычного бензина уже выросла с USD 3 до 3,25 за галлон, что свидетельствует о международном давлении. По данным Центрального банка, в 2025 году Эквадор потратил USD 6 млрд 238 млн на импорт топлива и USD 752 млн на субсидирование его внутренней продажи. Несмотря на то, что Эквадор является нефтяной страной, он импортирует топливо, потому что его три нефтеперерабатывающих завода (Эсмеральдас, Шушуфинди и Ла Либертад) не имеют достаточных мощностей для удовлетворения внутреннего спроса: они перерабатывают около 175 000 баррелей в день при спросе в 291 000 баррелей в день.
Кризис распространяется на морские перевозки. Несколько судоходных компаний приостановили новое бронирование в Персидском заливе в связи с ухудшением ситуации с безопасностью. Ukmto (United Kingdom Maritime Trade Operations), британское ведомство, занимающееся мониторингом рисков для коммерческого судоходства, сообщило, что в порту Бахрейна, расположенном в Персидском заливе, снарядами было поражено судно. Другие порты Персидского залива работают с ограничениями, хотя Джебель-Али, крупнейший порт на Ближнем Востоке и один из ключевых узлов мировой торговли, уже возобновил нормальную работу. По данным VesselFinder, платформы и мобильного приложения для морского отслеживания, по меньшей мере 67 контейнеровозов остаются в ловушке в Персидском заливе.
Атаки были зафиксированы за пределами Персидского залива, например, в порту Дукм в Омане, и в Восточном Средиземноморье, где ракета попала в британскую авиабазу на Кипре, ключевой территории для британских военных операций, и были зарегистрированы атаки беспилотников, что повысило бдительность. о безопасности на море в регионе. Если кризис затянется, ожидаются перегрузки портов и рост морских издержек.
Эквадор отправляет на Ближний Восток товаров на сумму около USD 800 млн в год, в основном бананами и, в меньшей степени, креветками и цветами. В 2025 году страна экспортировала бананов на сумму USD 4 млрд 262 млн, из которых USD 639 млн были направлены в страны Ближнего Востока, что составляет 14,8% от общего объема. Таким образом, этот регион зарекомендовал себя как третье по важности направление для эквадорских бананов. На Турцию приходится 36% поставок, за ней следуют Объединенные Арабские Эмираты (13,7%) и Ирак (6,12%). Экспорта бананов в Иран зарегистрировано не было.
Сектор внимательно следит за развитием конфликта. “Мы проводим мониторинг этого района. Несколько судоходных компаний уже объявили о реорганизации логистики, чтобы избежать прохода через Ормузский пролив, с альтернативными маршрутами через Саудовскую Аравию, Оман или даже наземным транзитом через третьи страны”, - объясняет Хосе Антонио Идальго, президент Ассоциации экспортеров бананов Эквадора (AEBE). На данный момент нет конкретных последствий для поставок, хотя гильдия признает, что потенциальное влияние на логистические затраты все еще обсуждается. "Все будет зависеть от того, насколько обострится конфликт”, - добавляет Идальго.
В случае креветок и цветов из Эквадора воздействие намного ниже. В 2025 году эквадорский экспорт креветок на Ближний Восток составил USD 62 млн, что составляет 0,7% от общего объема экспорта (USD 8 млрд 401 млн). Что касается цветов, то поставки на Ближний Восток составили USD 54 млн, что составляет 5,4% от USD 1 млрд 045 млн, отправленных в 2025 году. Экспортный сектор очень осторожно смотрит на то, как будет развиваться конфликт в ближайшие дни и недели, говорит президент Федерации экспортеров Эквадора (Fedexpor) Ксавье Росеро. В этих сценариях обычно ищут альтернативные маршруты, которые необходимо оценивать с учетом затрат и задержек, добавил он.
С другой стороны, аналитики, такие как Адам Хеттс, управляющий активами в Janus Henderson, заявили, что неопределенность "обычно сказывается на рискованных активах во всем мире" и что устойчивый рост цен на нефть может вызвать "глобальное инфляционное предупреждение". "Если конфликт прервет транзит нефти через Ормузский пролив, цены могут вырасти еще больше и повлиять на мировую экономику", - добавил он.
